Фотографии Сочи. Фильмы о Сочи. Авторский блог
Понедельник, 05.12.2016, 17:35
RSS
Меню сайта
Поиск
Теги
Сочи (101)
Статистика


Рейтинг@Mail.ru

Rambler's Top100

 Б. А. Ермаков, В. А. Леонов "Сочи - курорт" - ПОДВИГ МИЛОСЕРДИЯ

ПОДВИГ МИЛОСЕРДИЯ

В годы Великой Отечественной войны курорт Сочи был превращен в город-госпиталь. Распоряжением ЦК ВКП(б) и Совета Народных Комиссаров от 7 июля 1941 года перед городом была поставлена задача - в максимально сжатые сроки развернуть сеть военных госпиталей общей численностью 20 тысяч коек. Эта цифра почти в два с половиной раза превышала существующую в то время емкость санаторно-курортных учреждений.

Однако усилиями городской партийной организации, напряженным, самоотверженным трудом сочинцев это задание партии и правительства с честью было выполнено. В считанные дни санатории, дома отдыха, гостиницы, школы, пионерские лагеря стали госпиталями. Уже к началу августа 1941 года было создано 40 госпиталей, а всего за период войны в Сочи функционировали 111 номерных лечебных учреждений на 40 тысяч коек. Курорт превратился в крупнейшую госпитальную базу страны.

Первых раненых Сочи принял 5 августа 1941 года. Это были защитники Одессы. Все население тогда вышло на привокзальную площадь и улицу Горького встречать военно-санитарный поезд. Прибывших поместили в лучшие госпитали, открывшиеся на базе санаториев имени С. Орджоникидзе, С. М. Кирова, «Кавказская Ривьера», «Красная Москва», «Химик» и других. В регистрационных журналах появились записи: «Зачислить на все виды довольствия прибывших на излечение раненых бойцов и командиров Красной Армии...»

Вскоре военно-санитарные поезда в Сочи стали прибывать ежедневно, но это был не единственный путь доставки раненых в город-госпиталь. Их везли на боевых и транспортных кораблях, самолетах, автомашинах, подводах. Через некоторое время свободных мест в госпиталях не стало, а раненые продолжали поступать. В их числе были защитники Севастополя, Москвы, Киева, Ленинграда. Однако ни один из них не остался без заботливого внимания.

Основная тяжесть по размещению и созданию условий для выздоровления раненых бойцов легла на хрупкие плечи женщин. 34 тысячи горожан в годы войны ушли в действующую армию, каждый третий из них остался на поле брани. Так в мирный город у моря вошла война.

Для сочинских медиков стало привычным делом извлекать осколки и пули, делать перевязки, кормить, поить, выхаживать, раненых. В одном из рапортов сочинского вспомогательного эвакопункта № 104 военно-санитарному управлению Северо-Кавказского фронта сообщалось: «В госпиталях нашей базы находится 40 процентов солдат, старшин и офицеров, раненных пулями, 32 - осколками мин, 13 - осколками артиллерийских снарядов, 4 - осколками авиабомб, 3 - осколками ручных гранат, 6 - комбинированным путем, 2 процента - холодным оружием».

В те годы госпитальный Сочи сыграл неоценимую роль, став одним из важных источников пополнения действующей армии. Жители города, и прежде всего медики, трудились, не жалея сил, с каждым выздоравливающим бойцом приближая день Победы. Самоотверженно, работали ведущие хирурги профессора Б. А. Петров, Н. И. Агапов, Е. В. Смирнов, доктор медицинских наук И. А. Агеенко, кандидаты медицинских наук В. Д. Бантов, В. К. Красовитов, К. А. Гордон, Т. И. Приденко, Е. И. Якубовская, И. Д. Чебриков, Ф. И. Ашмарии и многие другие. Не уступали им в мастерстве хирурги П. Г. Клочко, В. С. Тихонов, М. П. Галковский, В. И. Балуев, Е. Л. Андреева, Н. Г. Белинский, М. И. Храмова, К. М. Васильева, П. Г. Тананайко, А. П. Румянцева, И. И. Кравченко, Л. Г. Сучкова, И. И. Плотникова. Сотни исцеленных больных были на счету врачей Н. В. Роменского, Г. И. Шавковой, Е. П. Козиновой и многих, многих других.

О некоторых из этих замечательных людей расскажем подробнее.

С началом боевых действий в должность флагманского хирурга Черноморского флота вступил прибывший в Сочи из Московского научно-исследовательского института скорой помощи имени Н. В. Склифосовского Борис Александрович Петров, известный своими работами по лечению огнестрельных переломов глухой гипсовой повязкой. Основываясь на опыте войны в Испании и с белофиннами, он пришел к простому и ясному выводу о том, что глухая гипсовая повязка коренным образом разрешает вопрос об эвакуации, ставя раненого в такие условия, когда его можно эвакуировать на любое расстояние и любыми видами транспорта. Высокая надежность этого метода была подтверждена в первые же дни войны при эвакуации раненых морем из Одессы, Николаева, Очакова, с Тендровской косы, а позже - из Севастополя, Феодосии, Керчи, Новороссийска.

Тысячи раненых своим выздоровлением, своей второй жизнью обязаны Борису Александровичу.

Научные поиски врач и ученый Б. А. Петров не прекращал и в условиях госпитального Сочи. В служившей ему кабинетом небольшой комнатке главного корпуса военно-морского госпиталя № 40, размещавшегося на базе санатория «Золотой колос», при мерцающем свете коптилки рождались рукописи фундаментальных работ по военно-полевой хирургии, разрабатывались оригинальные методики лечения боевых травм. Размноженные на печатных машинках, они затем рассылались по всем госпиталям Черноморского побережья Кавказа и армейским госпиталям Северо-Кавказского фронта, чтобы сослужить хорошую службу - спасти от гибели тысячи раненых бойцов и командиров.

Высоким авторитетом среди сочинских медиков и раненых пользовался кандидат медицинских наук В.Д. Бантов. Он работал ведущим хирургом в эвакогоспитале № 2133, который располагался на базе санатория «Салют». Ему, как правило, доставались наиболее сложные и ответственные операции, от которых зависел исход лечения, а подчас и сама жизнь многих раненых. В. Д. Бантов оперировал блестяще. Его молодость и неиссякаемая энергия сочетались с огромным опытом и высокой хирургической техникой. Он не боялся идти на оправданный риск, не отказывался ни от какой, даже самой сложной операции, но если консервативное лечение имело для раненого преимущество, то хирург становился приверженцем консервативного лечения. На счету этого замечательного врача сотни рационализаторских предложений, внедрение которых в практику существенно повысило эффективность лечения, способствовало сокращению сроков пребывания в госпитале. Это он первый в Сочи предложил использовать в качестве перевязочного материала самшитовый мох, который заготовляли в последующем тоннами.

Кто входил в кабинет профессора Николая Ивановича Агапова, с изумлением останавливался на пороге. Ему казалось, что он попал не в рабочий кабинет хирурга, а в мастерскую скульптора. На полках стояли человеческие маски, вылитые из гипса. Каждая воспроизводила чье-то лицо, обезображенное пулями и осколками мин и снарядов. И это сравнение с мастерской скульптора было не случайным. Скальпель в руках хирурга Н. И. Агапова был подобен резцу художника, преображающего аморфную массу в прекрасный человеческий образ. Перед каждой операцией профессор мысленно восстанавливал черты неузнаваемого лица, изуродованного войной, пытаясь представить, каким оно было до ранения. Иногда для этого брал фотографии из солдатских книжек. Он как бы делал мысленные наброски предстоящих операций, а потом из мелких и крупных кусочков переломанных костей, лоскутов кожи и мягких тканей тщательно и быстро собирал, складывал, восстанавливал форму лица. Одна из его методик так и называлась - «собирание лица». Это была тончайшая работа хирурга и ваятеля экстра-класса в пластической хирургии.

Когда Н. И. Агапова, случалось, переводили из одного госпиталя в другой, за ним обычно следовали его пациенты, над восстановлением лиц которых он работал. Хирург всегда стремился доводить начатое лечение до конца сам.

Всего за годы войны Н. И. Агапов сделал более 7 тысяч челюстно-лицевых операций. Орденами Ленина и Красной Звезды отмечены его заслуги перед Родиной.

Иван Артемович Агеенко. Он возглавлял хирургическую службу в базовом эвакогоспитале № 2135. Случалось, за сутки ему приходилось делать до двадцати операций. Превосходное знание военно-полевой хирургии, высокая клиническая наблюдательность, огромная эрудиция и исключительная память этого врача покоряли его коллег, а раненые Ивана Артемовича просто обожали. В его практике был поразительный случай. В госпиталь поступил десантник-малоземелец с перебинтованной грудью. Состояние его было критическим. Отважного воина на носилках доставили в рентгенкабинет. При обследовании И. А. Агеенко и врач-рентгенолог вместо осколков обнаружили пробившую левое плечо и притаившуюся у самого сердца 50-миллиметровую мину. Тронь - взорвется. Но Иван Артемович решил оперировать. Ассистировал на этот раз опытный минер. Можно себе представить, каких усилий, какого колоссального нервного напряжения, какого мастерства требовала эта необычная операция. Мину извлекли и обезвредили. Была спасена еще одна человеческая жизнь. Позднее этот случай рассматривался на научно-практической конференции госпитальной базы.

Ведущим хирургом эвакогоспиталя № 2130 был кандидат медицинских наук Федор Иванович Ашмарин. Этот госпиталь обслуживал, пожалуй, самый тяжелый контингент раненых: с повреждениями черепа и головного мозга. У многих были параличи рук и ног, нарушены слух, речь, зрение. Работающим здесь медикам приходилось проявлять особое профессиональное умение, необычайное терпение и выдержку. И доктор Ф. И. Ашмарин был тому примером. Он тщательнейшим образом готовился к каждому хирургическому вмешательству, скрупулезно изучал все данные, касающиеся раненого, с необычайной точностью проводил локальную диагностику, стремясь к тому, чтобы путь к очагу поражения был более коротким и менее опасным для пациента. Лучшей наградой хирургу были успешные исходы лечения.

В 64-й палате военно-морского госпитале № 40 был на излечении начальник медико-санитарного управления Военно-Морского Флота бригадный врач Ф. Ф. Андреев. Во время высадки морского десанта в Феодосию и Керчь в конце декабря 1941 года, находясь на мостике флагманского крейсера «Красный Кавказ», Ф. Ф. Андреев был ранен в ногу осколком снаряда. В корабельном лазарете под местной анестезией ему ампутировали раздробленную стопу. Этот человек обладал железной волей. Во время операции он сам давал советы врачам, как ее вести. А в госпитале его палата превратилась в служебный кабинет. К нему приезжали на консультации представители медико-санитарных отделов флотов и флотилий, флагманские специалисты, начальники госпиталей. Спать Ф. Ф. Андреев ложился глубокой ночью, закончив все неотложные дела. Когда рана на ноге зажила, ортопеды поставили бригадному врачу протез, а медицинские сестры научили его ходить.

Много выдумки и находчивости проявляли работники сочинских госпиталей в то трудное время, когда в условиях прифронтовой полосы порой недоставало самого необходимого: продовольствия, медикаментов, перевязочного материала, топлива.

В госпитале № 3186 для лечения долго не заживающих ран начальником госпиталя Н.В. Роменским и ведущим хирургом Е.Л. Андреевой был разработан метод фумигации, или окуривания, ран. Для этого использовали обыкновенную артиллерийскую гильзу, гибкий шланг с деревянным наконечником, резиновую грушу и примус. В гильзу засыпали свежие сосновые опилки, ставили на примус, нагревали и с помощью груши через шланг с наконечником окуривали раны. Благодаря применению этого оригинального метода гнойные, долго не заживающие раны через неделю-другую полностью зарубцовывались. Об этом методе узнали в других госпиталях. Узнали и не поверили. Н.В. Роменский провел специальную кон ференцию, на которой продемонстрировал свою нехитрую «аппаратуру» и раненых, излеченных с помощью сосновых опилок.

При лечении ранений, ожогов и обморожений в госпитале № 2122, размещавшемся в старом корпусе нынешнего санатория «Искра», широко использовалась мазь, приготовленная из мацестинской воды, крахмала, аскорбиновой кислоты (витамина С). С успехом практиковалось лечение глиной, разведенной мацестинской водой. Ведущий хирург госпиталя К. А. Гордон вместо пластыря применял молодые, еще не раскрывшиеся листья бананов, служившие надежной защитой ран от инфекции.

В практику госпиталя № 2133 были внедрены оригинальные способы повязок, которые позволяли облучать раны солнцем, соллюксом, кварцем, что способствовало быстрейшему заживлению ран.

Одно время в городе стала ощущаться нехватка ваты. Медицинские работники госпиталя № 2133 по предложению доктора В. Д. Бантова, о котором мы уже рассказывали, заменили ее самшитовым мхом. Его промывали, высушивали и использовали для перевязок. С тех пор в этом госпитале до самого окончания войны вата для перевязок совершенно не использовалась. Применяли мох и в других госпиталях. За ним снаряжались целые отряды женщин и школьников в Хостинскую тисосамшитовую рощу. Как величайшую драгоценность, приносили они дары реликтового леса.

Не счесть всех новшеств, которые врачи сочинских госпиталей внедрили в практику, заботясь о быстрейшем выздоровлении раненых.

Широко применялась климатотерапия. Под кронами деревьев и на открытых площадках были расставлены тысячи кроватей, кушеток, топчанов. В хорошую погоду больные и раненые находились здесь круглосуточно, принимая воздушные и солнечные ванны. На полную мощность работали водолечебницы Мацесты. Ежегодно сероводородными ваннами лечили тысячи раненых.

Когда для нужд госпиталей стало не хватать физиологических растворов, по специальной методике их начали получать из морской воды. Медицинские работники госпиталя № 2139 готовили отвары из мандариновых листьев, из плодов шиповника, чтобы восполнить недостаток витаминов. Местные жители собирали в лесу черемшу, щавель, молодую крапиву, богатые витамином С. Но главным сырьем для его получения была хвоя. Хвойный отвар в больших количествах готовился во всех госпиталях города. Его давали раненым и больным для быстрейшего восстановления сил, предупреждения и лечения цинги.

В отчете вспомогательного эвакопункта № 104 за первое полугодие 1943 года отмечалось, что за истекшие шесть месяцев в госпиталях было израсходовано почти 2,5 тонны крови. Основным ее поставщиком была сочинская станция переливания крови, ежемесячно заготовлявшая 700-800 литров этой алой, несущей жизнь, бесценной жидкости.

А всего за годы войны сочинские доноры сдали около 20 тонн крови. Ее использовали не только госпитали, но и санитарные транспорты, доставлявшие сюда раненых. Четвертая часть всей заготовленной крови была отправлена героическим защитникам Новороссийска, а также в полевые походные госпитали и медсанбаты. На одной из донорских ампул с кровью была такая надпись: «Дорогой товарищ! Посылаю вам свою кровь. Пусть она вернет вам прежнее здоровье, чтобы вы могли снова бить проклятых фашистов за свои раны и моего погибшего сына». Сделала ее сочинская учительница М. Гаврилова. История сохранила для потомков эти строки, и мы узнали имя одной из многотысячной армии сочинских доноров. А сколько их, безвестных простых людей, приходили на донорские пункты и, словно частицу себя, отдавали раненым бойцам свою кровь.

Но не только кровь отдавали раненым жители города. Сочинцы дарили им тепло своих рук и сердец, делились последним из того, что имели. Раненые в госпиталях были окружены их любовью и защитой. Коллективы предприятий, организаций, школ брали шефство над госпиталями. В палаты к воинам приходили школьники, артисты, писатели. Они ухаживали за лечащимися, рассказывали им о делах на фронте, писали письма. Прямо в палатах демонстрировались кинофильмы, давались концерты. Бескорыстное желание поддержать, ободрить, оказать посильную помощь тем, кто пролил кровь за Родину,- эти черты были свойственны всем сочинцам.

Душой всей лечебной, хозяйственной и идейно-воспитательной работы в госпиталях были коммунисты. В наиболее сложное для города время, когда в октябре 1942 года бои шли под Туапсе и госпитальная база по существу работала в прифронтовых условиях, они словом и личным примером вдохновляли людей на самоотверженный труд, зажигали их сердца ненавистью к врагу и непоколебимой верой в победу.

В тот период часть госпиталей была эвакуирована в глубокий тыл. Другую часть командование перевело на положение полевых. На место выбывших прибыли фронтовые госпитали. При наличии прежней материальной базы приходилось принимать вдвое больше раненых. Их вывозили ежедневно из-под Туапсе санитарные летучки. Каждая из них доставляла в госпитальную базу от 200 до 400 раненых. Летучки брали солдат на полустанках, находившихся в зоне боевых действий, с причалов Туапсинского порта, передавая с рук на руки прямо с боевых кораблей. Это были легендарные защитники Новороссийска, десантники с Малой земли.

День и ночь самоотверженно работали люди в белых халатах. День и ночь в операционных, перевязочных, процедурных кабинетах и госпитальных палатах шла битва за жизнь человека, за то, чтобы он мог вновь видеть, слышать, ходить, держать в руках оружие и разить им ненавистного врага.

Мобилизация всех возможностей города позволила только с октября 1942 по февраль 1943 года принять почти 95 тысяч раненых, из них 80 процентов возвратить в строй.

Работой сочинской госпитальной базы постоянно интересовались командующий Северо-Кавказским фронтом генерал-полковник Иван Ефимович Петров, командующий Черноморским флотом вице-адмирал Филипп Сергеевич Октябрьский, другие видные военачальники и политработники. Когда, например, возникли затруднения с доставкой в город каменного угля и нефти, генерал- полковник И. Е. Петров выделил сочинцам десять тысяч кубометров древесины, заготовленной в лесу за Старой Мацестой для сооружения дзотов. В другой раз вице-адмирал Ф. С. Октябрьский предоставил боевой корабль для доставки в госпитальную базу муки. Нередко И. Е. Петрова и Ф. С. Октябрьского видели в палатах у раненых. От имени Президиума Верховного Совета СССР они вручали героям боевые ордена и медали.

Летом и осенью 1943 года войска Северо-Кавказского фронта при поддержке кораблей Черноморского флота в результате упорных боев освободили вначале Новороссийск, а затем и весь Таманский полуостров. Была прорвана пресловутая «Голубая линия», которую фашисты считали неприступной. Кубань стала свободной.

Внесли свой вклад в эту победу и работники сочинских госпиталей. Только за шесть месяцев 1943 года здесь было сделано 13 558 операций, 613914 перевязок, тысячи раненых возвращены в строй.

До самого конца войны несли свою бессменную вахту здоровья сочинские медики. Их усилиями, благодаря активной помощи жителей города, на плечи которых легли заботы по перевозке раненых, обеспечению их продуктами питания и лекарственными травами, заготовке дров, пошиву белья, одежды, были поставлены на ноги полмиллиона советских солдат и офицеров, или 45 полнокровных дивизий.

Это был нелегкий труд, по своему значению равный ратному, это был настоящий подвиг во имя жизни, подвиг милосердия, совершенный жителями мирного курортного города.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 мая 1980 года за большую и самоотверженную работу трудящихся города по лечению и восстановлению здоровья воинов Советской Армии и Военно-Морского Флота в годы Великой Отечественной войны и за успехи, достигнутые в хозяйственном и культурном строительстве, город Сочи награжден орденом Отечественной войны I степени.

О трудных и суровых днях госпитального Сочи будет напоминать величественный мемориал, посвященный медицинским работникам тех далеких военных лет. Он сооружается в курортном парке рядом с санаторием «Кавказская Ривьера» - первой здравницей курорта, госпиталем, принявшим первых раненых, местом, где и сегодня поправляют свое здоровье инвалиды и участники Великой Отечественной войны.