Фотографии Сочи. Фильмы о Сочи. Авторский блог
Понедельник, 05.12.2016, 17:36
RSS
Меню сайта
Поиск
Теги
Сочи (101)
Статистика


Рейтинг@Mail.ru

Rambler's Top100

 В.С. Внуков "Двадцать три года на курорте" - Глава 4. Неожиданное известие
Глава 4. НЕОЖИДАННОЕ  ИЗВЕСТИЕ.

1962 год. Два года прошло с тех пор, как мы прекрасно отдохнули в Гаграх. За это время много воды утекло, и произошло несколько важных для нас событий.

Во-первых, 6 апреля 1961 года у нас родилась дочурка, которую мы назвали Юлией. Это была такая очаровашка, глядя на которую все неизменно испытывали чувство восхищения. Не только мы, наша родня, но и все друзья, знакомые и просто посторонние люди. Это был сгусток энергии, находящийся постоянно в движении. Она всё время пыталась куда-то ползти, встать на ножки, поворачиваться с боку на бок. Но главное, что это был жизнерадостный и весёлый ребёнок. Она радовалась всему и смеялась своим детским заливчатым смехом. Ну и, естественно, требовала к себе постоянного внимания. Плакала она только тогда, когда хотела кушать, Причём это был не совсем плач, а какой-то трубный звук, как у теплохода, который входит в гавань. Стоило ей только уткнуться в мамину грудь или в соску на бутылочке с молочной смесью, как трубный звук моментально пропадал, а на смену ему приходило жадное чавканье, как будто ребёнок не кушал неделю. Да, отсутствием аппетита она не страдала, и кушала абсолютно всё, что ей можно было дать в этом возрасте. Мы старались постоянно быть рядом с нею и уделяли ей максимум внимания. В общем, это было наша любимица.

Во-вторых, по служебной иерархии рангов мы с Людмилой продвинулись каждый на одну ступень вверх: она стала старшим архитектором, а я – ГАПом, то есть главным архитектором проектов. ГАП – это первое и главное лице при проектирования любого объекта, независимо от его величины, который отвечает не только за архитектурное решение, а за весь проект в целом, его качество и полноту. ГАП координирует всю работу смежников по данному объекту и выступает арбитром в случае возникающих споров.

В третьих, в прошлом году нам не удалось отдохнуть, так все время, отпускное и не отпускное, мы посвящали нашей дочурке. Поэтому в этом году, когда девочка уже стала повзрослее, мы решили на месяц оставить её на попечении наших родителей, которые наперебой предлагали свои услуги, а самим съездить куда-нибудь в санаторий или пансионат. Учитывая, что Союз архитекторов СССР ОБЛАДАЛ четырьмя домами творчества, мы решили последовательно побывать везде. В Гаграх мы уже были, а вот в Дзинтари под Ригой ещё нет. Итак, решено! Едем туда. Учитывая, что там лето довольно капризное, нам подсказали, что лучшим месяцем для отдыха в Прибалтике считается август. Я заказал путёвки, и они вскоре нам были доставлены. Потихоньку, мы стали собираться в дорогу, докупать то, чего у нас ещё не было.

И вдруг, как гром среди ясного неба, в конце апреля мы получаем письмо. Вместо обратного адреса стоит  штамп: Сочинского филиала ГПИ «Гипрокоммунстрой». Это тот самый институт, который дал нам от ворот поворот! Мы с большим интересом и волнением вскрыли конверт и прочли:

«Внукову В. С. и  Внуковой Л. И.

Дирекция филиала приглашает Вас на работу в качестве руководителя группы с окладом 160 руб. и архитектора с окладом 100 руб. соответственно. Вам может быть предоставлена комната (19 кв. м. плюс -  лоджия с видом на море) в трёхкомнатной квартире нашего жилого фонда с постоянной пропиской. В двух других комнатах проживают две семьи наших сотрудников. В этом году мы начинаем строительство ещё одного 60-ти квартирного жилого дома. После ввода его в эксплуатацию Вам будет предоставлена отдельная двухкомнатная квартира со всеми удобствами. Срочно телеграфируйте ваше согласие. Директор филиала, Васильев».

Мы сразу же вспомнили начальницу отдела кадров Бродскую Р.Н., которая как бы невзначай попросила оставить нас свои координаты. Мы-то думали, что это просто сладкая приправа к горькой пилюле, а оказалось, что она всё это проделывала с дальним прицелом.

С получением этого письма наша спокойная и размеренная жизнь закончилась. Разразилась буря страстей с долгими и нервными дискуссиями. Наше, в общем-то, дружное семейство разделилось на два лагеря с диаметрально противоположными позициями. С одной стороны – это мы с женой, которые не без оснований утверждали, что второго такого случая может и не быть. Все остальные в один голос убеждали нас, что мы не знаем жизни. Куда вы едете? Вы там никого не знаете, и вас никто не знает. Все эти бумажные обещания – это филькина грамота! В случае чего, они найдут способ их не выполнить. И там трудно с работой в случае чего. А ребёнок! Разве можно в таком возрасте менять климат для малюток?!  А с кем он будет, если Люда выйдет на работу? С устройством в детские учреждения там аналогичная картина, как и везде, а то и посложнее. А няню вообще найти не возможно, так как люди, живущие  на курорте, привыкли получать деньги, не работая. От сдачи квартир. Зачем ей возиться с чужим ребёнком за гроши. Одумайтесь пока не поздно!

Как только дискуссии начались, мы, не дожидаясь их окончания, послали телеграмму в Сочи о нашем согласием на предлагаемые условия. И сообщили, что выезжаем. На следующий день пришёл телеграфный ответ: «Повремените с выездом, пока не будет решён вопрос о постоянной прописке, о получении которой мы сообщим вам дополнительно». Это несколько охладило наш пыл и добавило аргументов нашим  аппонентам.

-Вот видите, - убеждали они нас, - у них ещё вопрос с пропиской не решён, а они уже сулят горы золотые. Несерьёзные люди!

Прошел май. Телеграммы нет, А мы уже отказались от путёвок. Второй раз нам их никто не даст. Вопрос об отдыхе завис в неопределённой позе. Как и все остальные вопросы. Прошёл июнь. Молчание. Это начинало раздражать. Наша родня уже в открытую смеялась над нами.

И вот первого июля пришла долгожданная телеграмма: «Разрешение на прописку получено. Срочно выезжайте». Нашей радости не было предела. Мы обсудили план переезда: сначала еду я, и, если всё в порядке, даю сигнал Люде. Она едет в Сочи через Москву. Там сдаёт наши путёвки и получает обратно деньги. Юленьку пока оставим с родными. Когда мы окончательно устроимся и оборудуемся, нам её привезёт моя мама.

8 июля 1962 года я прибыл в Сочи на работу и постоянное место жительства. Наш поезд прибыл на станцию с опозданием на четыре часа. По пути следования я возмущался при каждой его задержке, опасаясь, что прибуду в институт  после окончания рабочего дня. Так и получилось. Я стоял перед его закрытой дверью  и думал: что же мне делать? Где переночевать? В самый разгар курортного сезона найти хотя бы место для ночлега на одну ночь – дело абсолютно бесперспективное. Ну, не ночевать же мне, в самом деле, как бомжу на скамейке в парке?! Тем более, что при мне все документы, деньги, письма. Хорошо, что ещё догадался оставить вещи и багаж в камере хранения на вокзале. И я решительно нажал кнопку звонка на главном входе в здание. Долго никто не подходил. Но вот послышались шаркающие шаги, и дверь мне открыла пожилая, хрупкая женщина, которая с сильным акцентом спросила:

-Чего тебе?

Я пояснил, что прибыл сюда на работу по приглашению, но мне негде переночевать.

-Фамилия  и откуда прибыл?

-Внуков. Из Новосибирска.

-Заходи. Я сейчас позвоню.

Она закрыла дверь на засов и куда-то позвонила.

-Дмитрий Савельевич распорядился, чтобы ты переночевал здесь, в кабинете главного инженера на диванчике. А я тебе сейчас подушечку принесу. Но больше у меня ничего нет.

-А кто такой Дмитрий Савельевич?

-Ты не знаешь кто он такой? - всплеснула она руками. – Да это же наш директор – Васильев.

-А как Ваше имя отчество?

-Мария Савельевна. Да, меня тут все знают.

Как потом оказалось, действительно все знали и любили эту добрую и отзывчивую гречанку, которая работали одновременно и сторожем, и уборщицей, и курьером со дня основания филиала.

Утром я проснулся в семь часов, привёл себя в порядок и пошёл позавтракать. В восемь я уже был в приёмной директора. Васильев принял меня сразу  Я почувствовал, что он был несколько удивлён моей молодости. Он, видимо, ожидал увидеть специалиста  постарше и посолиднее.

-Как добрались? А где жена?

-Добрался хорошо. А жена приедет чуть позже.

Я почувствовал, что ему это не понравилось.

-Да, но мы договаривались…

-С нашей стороны все договорённости остаются в силе. Как только я буду убеждён, что жилье добротное, а не какая-нибудь гнилушка, и я получу постоянную прописку, то сразу же телеграфирую жене, и она будет здесь через десять дней.

-Значит, решили подстраховаться. Это хорошо. Скажу прямо, что жильё очень добротное, а прописку Вы получите через два-три дня.

-Если всё так, то мы вместе с женой выйдем на работу ровно через десять дней.

-А Вы-то что будете здесь делать десять дней?

-Так мне же нужно обустроиться, кое-что купить. Там же голые стены. Даже сесть не на что. Да, к тому же,  я два года не был в отпуске, хоть отдохну два-три дня.

-Вот это да! – воскликнул Дмитрий Савельевич, - У нас ещё никто н никогда из прибывших к нам на работу не начинал пребывание в Сочи  с  ОТДЫХА!

-Чудес не бывает, Дмитрий Савельевич, - заметил я. – Значит, они отпрашивались с работы, чтобы обустроиться. А мы поступаем честно. За время нашего обустройства мы не хотим получать не заработанные деньги.

-Хорошо, я согласен. Только все Ваши документы, до выхода на работу, будут храниться у меня в сейфе.  

-Согласен.

Он через секретаря вызвал Бродскую и завхоза Мукуляна. Первой он передал мой паспорт для оформления прописки. Второму поручил отвести меня на предоставляемое жильё, вручить ключи а, по пути, забрать вещи и багаж с вокзала.

Я думал, что мы будем жить в одной из пристроек к институту. Но, если директор даёт машину, чтобы отвести меня на место жительства, значит оно где-то далеко. Оказалось, что нет. Близко. Минут двадцать ходьбы до работы. Жилой дом по ул.Кубанской, 1 был добротным большим четырёхэтажным зданием. Расположен он был в районе памятника В. И. Ленину. А это самый центр! Пять минут ходьбы до Курортного проспекта. Пятнадцать минут ходьбы до пляжа. Квартира была на первом этаже. Но, учитывая рельеф, это где-то почти второй. Комната оказалась большой и светлой, самой большой в этой квартире. Лоджия, единственная в ней, примыкала только к нашей комнате. С неё – чаруюший вид на море. Тишина полная, так как окно-дверь обращена в сторону парковой зоны. Мне комната очень понравилась.

В двух других комнатах, поменьше, проживали две женщины со своими сыновьями. Они встретили меня очень приветливо и довольно участливо.

Через три дня мне сообщили, что в моём паспорте уже поставлен штамп о прописке, и я дал телеграмму жене: «Всё в порядке. Выезжай».

До её приезда я купил только самое необходимое: раскладушку, табуретку и маленький столик. Остальную мебель и обстановку, без совета с Людой, я покупать не рискнул, а все свободное время знакомился с городом и посещал пляж. Нужно отметить, что со дня моего приезда в Сочи почти неделю стояла невыносимая жара: плюс 40 градусов в тени при полном безветрии. Я буквально обливался потом. На пляже больше часа находиться не мог, так как начинала болеть голова. Непроизвольно возникали разные мысли. Как можно РАБОТАТЬ в такую жару, когда просто ОТДЫХАТЬ, даже в тени, довольно тяжело?! Уж не дали ли мы маху с выбором нашего нового места жительства?!  Но вскоре я прочел небольшую заметку в местной газете «Черноморская здравница», что такая нехарактерная для курорта жара, доставившая много неприятностей отдыхающим, вызвана сухим знойным циклоном, пришедшим к нам из африканской Сахары. Дня через два-три погода в городе нормализуется. Ожидается даже некоторое похолодание до 20 градусов тепла. Возможно, пройдут кратковременные дожди. Я вздохнул с облегчением. Так, в принципе, оно и произошло. Только вместо кратковременный дождей на город обрушился настоящий тропический ливень, который продолжался несколько часов. Были даже участки с локальными наводнениями. Но из всей этой передряги город-курорт вышел посвежевшим, абсолютно чистым и ещё более красивым! Это оказалось, как раз кстати перед приездом моей супруги   

На следующий день я встречал супругу. Она выпорхнула из вагона такая радостная, какой я её уже давно не видел. Люда просто вся излучала счастье, восторг  и радость. Она не шла, а, казалось, просто парила над тротуаром, восхищённо поглядывая по сторонам., постоянно повторяя:

-Неужели мы тут будем жить и работать?! Неужели наша мечта осуществилась?1 Скажи мне, что это не сон! Я просто не верю своим глазам! А как хорошо здесь будет нашей дочурке!

Минут через двадцать пять ходьбы, мы были уже дома. И само здание, и квартира, и наша комната, и, особенно, лоджия ей очень понравились. Она села на единственную в комнате табуретку и глаза её наполнились слезами. От обилия эмоций. Я её плачущей еще никогда не видел.

Завтра, последний для нас свободный день, мы решили полностью посвятить отдыху и решению некоторых хозяйственных проблем. А послезавтра, 18 июля, мы, как я и обещал Васильеву, вместе выйдем на работу. С этого рубежа для нас начиналась новая жизнь. Какой она будет, никто не знает! Но мы оба твёрдо верили в то, что всё у нас будет хорошо! Во всяком случае, мы приложим для этого все наши силы, способности и умение, чтобы было так!