Фотографии Сочи. Фильмы о Сочи. Авторский блог
Понедельник, 05.12.2016, 17:36
RSS
Меню сайта
Поиск
Теги
Сочи (101)
Статистика


Рейтинг@Mail.ru

Rambler's Top100

 В.С. Внуков "Двадцать три года на курорте" - Глава 9. Главный архитектор города. Кто он?
Глава 9. ГЛАВНЫЙ АРХИТЕКТОР ГОРОДА. КТО ОН?

Если берёшься за какое-либо серьёзное дело, прежде всего, следует понять его суть идею и предназначение. И чем оно больше и значительнее, тем дольше и сложнее эти размышления, вплоть до философских обобщений. Так же обстояло дело и с предлагаемой мне должностью, тем более, такой сложной, многофункциональной и многогранной, как главный архитектор города.

Дело в том, что устоявшегося однозначного мнения по этому вопросу нет до сих пор. Одни утверждают, что им должен быть, прежде всего, хороший, опытный и крепкий администратор, обязательно с высшим архитектурным образованием, способный оценить предоставляемые ему проекты. Не обязательно ему иметь особые таланты, так как не он же их проектирует.  Но авторитет должен быть!  Вот тут-то и кроется некое противоречие: авторитета без искреннего признания не бывает! Есть лишь административное подчинение. Но это далеко не одно и то же!

Другие доказывают, что архитектурную службу города должен возглавлять только очень талантливый архитектор, способный повести за собой своих коллег, и добиваться ансамблевой застройки города. А административно-управленческие функции может исполнять при нём кто-то другой.  Звучит красиво! Но в этом предложении зарыто мощное противоречие: даже самый талантливый архитектор, лишённый власти, ничего не сможет выполнить из задуманного. Это утопия!

Некоторые (правда, их немного) упрощают эту проблему до примитивизма: городской архитектор – это ПОМОЩНИК председателя по архитектурно-градостроительным вопросам, который должен лишь  исполнять поручения и указания своего шефа. Это как раз случай со Шлопаком, усугублённый, к тому, же ещё и тем, что он не имел архитектурного образования.

Кто здесь прав?! Попробуем разобраться.

Как-то, будучи в Доме творчества «Суханово» под Москвой на курсах повышения квалификации, я принял участие в подобной дискуссии. Моё выступление многие поддержали, но к полному единству все же не пришли. Тогда я написал большую статью «Главный архитектор. Кто он?» и опубликовал её в газете «Советская культура», органе ЦК КПСС и Министерства культуры СССР, очень популярном и авторитетном издании того времени. Эта статья имела большой резонанс. Её читали не только среди архитекторов, но и, особенно, в органах местный власти. Именно там она и нашла наибольшее понимание. А Союз архитекторов РСФСР признал её лучшей статьёй 1984 года и наградил меня почётной грамотой.

Выводы статьи таковы: главный архитектор города должен иметь высшее архитектурное образование,  достаточно большой опыт проектной работы, авторитет не только среди коллег, но и у руководства города. Кроме того, он должен обладать всей полнотой власти в архитектурных органах, иметь организаторские способности, быть глашатаем и пропагандистов всего того, что проектируется и строиться в городе, уметь убеждать и разубеждать в необходимых случаях.

Тогда, на семинаре, мне бросили упрёк, что таких идеалов не бывает! А я им назвал навскидку десятка полтора фамилий главных архитекторов городов, проработавших в архитектурных органах пятнадцать, двадцать и даже более двадцати пяти лет, которые обладали именно этими качествами. Я и сейчас убеждён в правильности этой моей трактовки необходимых качеств лица, занимающего такую должность.

А чтобы быть глашатаем и пропагандистом всего того, что проектируется и строиться в твоём городе, нужно регулярно выступать в местной прессе и на городских каналах телевидения, что я и делал. Я публиковал свои информационные, критические и полемические статьи на страницах газеты «Черноморская здравница». А на местном телеканале организовал регулярные ежемесячные получасовые передачи под рубрикой «Архитектурные контуры курорта», о которой  поведаю  а одной из очередных глав этой книги.

Не менее важным являются выступления главного архитектора города в республиканской и союзной периодической профессиональной прессе, чтобы о новостройках в твоём городе знали и в республике, и в стране. Мои статьи, а их за эти годы было опубликовано более шестисот, регулярно появлялись на страницах таких авторитетных изданиях, как журналы: «Архитектура СССР», «Архитектура и строительство Москвы», «Ленинградская панорама», «Строительство и архитектура Украины», «Архитектура Узбекистана», «На стройках России», в «Строительной газете», а также приложении к ней -  «Архитектура».

Этапной стала моя статья в журнале «Архитектура СССР» под названием «Десять лет реализации генерального плана Большие Сочи», где очень рельефно отражены позитивные изменения в деле реконструкции города за этот период при ОДНОМ главном архитекторе города. Она имела также большой резонанс и послужила началом длительного процесса по выдвижению моей кандидатуры на присвоение почётного звания «заслуженного архитектора РСФСР».

Сразу же после своего назначения на этот пост, я подготовил проект решения исполкома «О новом составе градостроительного совета города», где, как положено по инструкции, председателем совета значился главный архитектор города. Я значительно обновил и его состав, добавив туда архитекторов и убрав должностных лиц, без которых легко можно обойтись. Когда я визировал этот проект у Воронкова, тот задал вопрос:

-А почему председателем значишься ты, а не я?

Я ему тут де показал инструкцию.

-Тогда почему Шлопак ставил председателем Совета Бажанова?- удивился Воронков.

-Чтобы переложить ответственность за принятия решений с себя на мэра. Он также и проекты подписывал: только те, что одобрил мэр. В случае недоуменных вопросов Георгий Владимирович всегда только пожимал плечами, закатывал глаза и показывал пальцем наверх.

-Ловко! – рассмеялся Вячеслав Александрович и завизировал документ.

Впервые решение исполкома в нашем городе по этому вопросу вышло в точном соответствии с положением о градостроительных Советах.

        Чтобы достичь полной гласности и объективности в рассмотрении проектов,  я ввел в практику совместные заседания Градостроительных советов с городским Правлением Союза архитекторов СССР. Принятые решения становились также темой телепередачи «Архитектурные контуры курорта», где телевизионным ведущим был я. Воронков очень одобрительно отнёсся к такой форме рассмотрения проектов. Больше он уже не принимал у себя отдельных архитекторов со своими не апробированными у нас предложениями.

Года через два после моего назначения вышло Постановление Совета Министров СССР «Об укреплении архитектурных органов», где местные органы Москвы, Ленинграда, всех столиц союзных республик, городов с населением миллион и выше, а также в городах-курортах союзного значения обязывались реорганизовать свои отделы архитектуры в Главные архитектурно-планировочные управления (ГлавАПУ). Тут же прилагались соответствующие структуры и штаты. Воронков внимательно посмотрел все эти документы и удивлённо сказал:

-Что, теперь ты будешь получать даже на десять рублей больше, чем ответственный секретарь исполкома?

-Раньше Вы, Вячеслав Александрович, почему-то не подсчитывали: на сколько десятков рублей я получаю меньше его.

-Не дерзи!

-Какие претензии ко мне? Не я же составлял это штатное расписание. Это Совмин!

-Вижу! Не слепой! Пусть будет так. Но обязанности секретаря исполкома, пока тот будет в отпуске, отныне будешь исполнять ты.

Забегая вперёд, скажу, что так оно и было в дальнейшем. Я всегда исполнял обязанности Грачёва во время его отпуска.

Нужно отдать должное Воронкову в том, что он, несмотря на известные трудности, всё же нашёл возможность  предоставить мне для размещения ГлавАПУ необходимые дополнительные площади, несмотря на то, что для этого ему пришлось пойти на крайние меры: выселить из здания исполкома несколько второстепенных отделов и подразделений. И  сразу же я обнаружил первых своих врагов. А я, в это время, усиленно формировал кадровый состав нового управления. Углублённо изучая штатное расписание, я обнаружил ещё одну единицу архитектора – моего первого заместителя. Зачем мне третий архитектор, когда я к тому времени уже имел «зама», которым стал прекрасный человек и специалист – Еськин Н. Л.  И я принял решение: эту должность переименовать в «Главного инженера», чтобы усилить инженерную службу нового управления. Эту идею горячо поддержал Воронков.

-Ищи и давай кандидатуру на согласование. Его буду, как это и положено, назначать я.

-А у меня уже есть предложение!

-Говори!

-Ткачук Арсений Евстафьевич!

-Замечательная кандидатура! Но, я тебе его не отдам.

-Почему?

-Он мне нужен в «теплосетях». Он там навёл порядок.

-Но в новой должности он будет курировать и «теплосети», и «водоканал» и «Электросети» и другие инженерные службы города. Кстати, везде и порядок наведёт.

-Не знаю, не знаю. Нужно подумать.

Придя в свой кабинет,  я тут же позвонил Ткачуку, пояснил ситуацию, а также выяснил, что он согласен. Тогда я посоветовал ему самому переговорить с Воронковым, сказав какие у того имеются сомнения. Он пообещал встретиться с Воронковым.

Дня через два позвонил Воронков:

-Готовь проект распоряжения по Ткачуку. Я согласен.

А через день мы уже вместе с Ткачуком пересматривали штаты инженерных служб ГлавАПУ и вносили необходимые коррективы.

Работать стало намного легче. В сферу деятельности Ткачука я почти не вмешивался, дав ему максимальную самостоятельность. И он ни разу меня не подвёл. Кстати, и с Вячеславом Александровичём у нас сформировался хороший тандем на долгие годы. Отличным назвать его всё же было нельзя, а хорошим – будет точнее.

Одним из приоритетных направлений в своей работе я всегда считал необходимым иметь максимальные контакты с Союзом архитекторов СССР, как с Центральном правлением в Москве, так и с местной городской организацией, членом правления которой я был все годы своего пребывания в Сочи. Я избирался делегатом 5-го, 6-го, 7-го и 8-го съездов Союза архитекторов СССР. На 5-и съезде меня избрали членом Центрального правления Союза архитекторов СССР. Помимо того, что это довольно престижно, само участие в работе пленумов Правления, особенно выездных, давало мне возможность заводить деловые контакты со многими известными архитекторами страны, знакомиться с практикой застройки других городов, да и на местном уровне это придавало дополнительный вес мне, как городскому архитектору.

Я был также делегатом 1-го учредительного съезда Союза архитекторов РСФСР, где был избран уже членом Президиума правления этой организации. Мой рейтинг рос как на дрожжах по этому направлению. Но главным своим успехом я считаю включение меня в состав Совета главных архитекторов городов СССР, состоящим всего из 36-ти человек во главе с главным архитектором города Москвы. Этот Совет собирался два раза в год с обязательным выездом в какой-либо крупнейший  и интереснейший из городов страны. За неделю мы успевали познакомиться с городом, его историей и практикой застройки, генпланом города и его реализацией, а также сделать свои выводы и дать рекомендации по дальнейшей работе. За 18 лет работы в этом Совете я посетил 36 городов и принимал участие в подробном разборе практики их застройки. Это дало мне бесценный опыт, который я использовал  и в своей работе.

Где-то в  середине 70-х годов неожиданно умирает первый секретарь ГК КПСС Иван Константинович Потапов. Это была огромная потеря для города. На его место присылают из Краснодара бывшего профсоюзного деятеля - Гавриленко В. Ф. Он был чуть постарше меня. Прежде всего, в штыки его встретил Воронков В. А., который, возможно, сам претендовал на этот высокий пост. Конечно же, Вячеслав Александрович был опытнее новичка, и главное – лучше него знал город и ориентировался в его проблемах. Он постоянно спорил с Гавриленко по всякому поводу и без повода. Видя, что нужного тандема  не получается, Виктор Фёдорович решил устранить Воронкова с поста председателя исполкома, а на его место поставить более лояльного человека. А чтобы устранить мэра, достаточно найти несколько недостатков в его работе. А недостатки есть у любого мэра.

В общем, на очередной сессии городского совета Воронкова В. А.  освободили от занимаемой должности, а на его место был избран Удотов А. И., до этого работавший первым секретарём Лазаревского РК КПСС. Гавриленко и Удотов были знакомы давно, ещё по комсомольской работе.

Конечно, Гавриленко и Удотов вместе взятые не знали и половины того, что знал и умел Воронков. Но они избрали другую стратегию и тактику. Если Воронков подавлял собой всех и вся, вникал в каждую мелочь, опекал своих подчинённых где надо и не надо, лишая их инициативы в работе, заставлял работать только по воплощению своих инициатив, то новый тандем, наоборот, дал широкий простор для инициативы другим, расширил круг прав и полномочий тем, кому безоговорочно доверял. В том, числе и мне. Никогда до этого и после, я не был так свободен в принятии решений по вопросам, входящим в мою компетенцию. И тут на меня посыпалось то, что так упорно и непонятно почему явно сдерживал Воронков. Я шесть раз избирался депутатом городского Совета, трижды (уже без Воронкова) избирался членом исполкома. Я получил право на общение с начальством в высоких кабинетах Госстроя РСФСР и Совета Министров РСФСР. Я получил доступ к высоким чинам, часто посещавшим Сочи. И, наконец, мне были присвоены два почётных звания: «Заслуженный архитектор РСФСР» и «Лауреат Государственной премии РСФСР в области архитектуры за 1979 год».

Мне до сих пор не ясно: почему за три пятилетки, что мы проработали с Воронковым, он ни разу не представил меня к правительственной награде по итогам хотя бы одной из них? Многие наши начальники управлений и отделов, менее значимых, чем наше управление, за это время получили по одному, а то и два ордена.  У меня – ни одного. А успехи были! И немалые! В те времена моя фамилия часто мелькала в центральной прессе и отдельных изданиях. Приведу лишь один пример. В книге И. И. Ионова «Градостроительные проблемы Черноморских курортов», выпущенной в московском  «Стройиздате» в 1979 году, в конце раздела с подробным анализом практики застройки города-курорта Сочи, на стр.67 сказано буквально следующее:

«Несмотря на яркую творческую индивидуальность авторов, своеобразие создаваемых ими зданий и сооружений, застройка Сочи носит целостный композиционный характер. В этом – результат творческого подхода главного архитектора города, заслуженного архитектора РСФСР В. Внукова, сумевшего в сложных условиях реализации генерального плана сплотить архитектурную общественность и добиться гармоничного развития ансамблевой застройки Сочи».

Это так же, как, допустим, дирижёр симфонического оркестра: несмотря на сложнейшую партитуру и яркие творческие индивидуальности солистов оркестра, добился ансамблевого звучания всего оркестра в целом, а также задуманной им трактовки основной идеи исполняемого произведения. Или, то же самое, что работа главного режиссера в театре. Сравнения можно было бы и продолжить.

В связи с вышеприведённой цитатой, я вспоминая визит самого Ивана Ивановича Ионова к нам с Сочи с проверочными функциями по линии Госстроя РСФСР. Он очень рассердился на меня за то, что не нашёл у нас ни одного факта нарушения градостроительной дисциплины или отклонения от утверждённого генплана города.

-Вы их, Вячеслав Сергеевич, очень ловко прячете! –  в сердцах как-то заявил он мне.

-Это потому, что Вы ищите то, чего нет! Ищите и дальше, если есть желание! Могу даже дать ещё помощников и вторую машину! – ответил я.

Тем не менее, он оказался очень объективным и порядочным человеком, и в своём отчёте честно отразил истинное положение вещей.

Одним из важных направлений в работе главного архитектора является борьба с самовольным строительством. Правда, конкретно этими вопросами занимался Государственный архитектурно-строительный контроль, сокращённо - ГАСК, но поскольку он непосредственно находился в структуре ГлавАПУ и подчинении его начальника, то есть меня, то и отвечать за результаты работы этого органа приходилось мне. Нужно отдать должное Г. В. Шлопаку, бывшему многолетнему начальнику ГАСКа, он хорошо организовал и чётко проводил эту работу. Но это был, по-видимому, его потолок, и зря он согласился возглавить ГлавАПУ. ГАСК и при мне под руководством Горохова Г.В. работал чётко и слаженно. С нарушителями градостроительной дисциплины мы всегда поступали строго по закону. Но бывали случаи, когда ГАСК оказывался бессилен.  Например, один их инспекторов, проезжая на работу мимо входа на Приморский пляж, что в Хостинском районе, заметил начало какого-то неизвестного нам строительства. Роют траншеи под фундаменты. Я отдал распоряжение – выяснить кто заказчик и подрядчик – выдать предписании о прекращении строительства и закрыть им финансирование. Всё так и было сделано. Но на следующий день строительство продолжалось с удвоенной энергией. Один из рабочих намекнул нашему инспектору ГАСКа:

-Зря щёки надуваешь! Ничего у тебя не выйдет. Леонард Николаевич сказал, что будем строить несмотря ни на что!

У меня глаза на лоб полезли от удивления. Л. Н. Красильников – это первый секретарь Хостинского райкома КПСС. Хозяин района! А если учесть, что партийные органы и их руководители были в те времена ВНЕ КРИТИКИ, то моё положение сильно усложнялось. Бороться мне с Красильниковым равносильно, что Дон Кихоту с ветряными мельницами. Тем не менее, на следующий день мне доложили, что на этом фундаменте стали уже возводить кирпичные стены. Я позвонил в стройбанк с вопросом: почему они не закрывают финансирование этого объекта, несмотря на моё предписание? Мне ответили, что ни такого объекта, ни счёта у них в стройбанке нет, так как это, видимо, не капитальное строительства. Возможно, что его строят хозспособом за счёт средств, выделенных на капитальные ремонты. Круг замкнулся! Пока я размышлял и искал пути решения этой проблемы, стены уже возвели и стали укладывать карнизные плиты. Но тут помог случай. Опять, его величество, СЛУЧАЙ! Мне позвонил второй секретарь горкома КПСС Тарановский Э. В.:

-Ты за порядком в городе следишь, или сидишь и мух ловишь?

-Конечно, слежу! А в чём дело?

-И он ещё спрашивает?!  У тебя под самым носом перед одним из входов на Приморский пляж какой-то разгильдяй какую-то халабуду строит, а ты сидишь и в ус не дуешь!

-Я уже скоро лопну от дутья, а ничего сделать не могу, потому что курирует это безобразие человек из Вашего ведомства,

-Этого не может быть! Кто?

-Красильников Леонард Николаевич. Это строится по его указанию и под его защитой.

-Это точно?!

-Я же не мух ловлю, а всё уже давно выяснил.

-А почему не позвонил мне?

-Ну, Вы же сами знаете, что партийные органы вне критики!

-Хорошо! Я всё это тщательно перепроверю и приму надлежащие меры. Бывай!

На следующий день мне доложили, что начали разбирать кирпичные стены этого чудо-сооружения, а через неделю на этом месте уже высеяли новый газон.

Через какое-то время меня пригласил к себе А. И. Удотов, председатель горисполкома, и провёл со мной воспитательную беседу:

-Зря ты пожаловался Тарановскому на Красильникова.

-Да не жаловался я! Тарановский стал распекать меня за самовольно возводимый объект, а я ответил ему, что ничего не могу поделать, так как это всё происходит под эгидой самого Красильникова.

-Да, знаю я! Но, ты тоже хорош! Вопрос к тебе: почему, бывая в Хостинском районе по делам, ты никогда не делаешь визиты его руководству. Ведь они – хозяева района!

-Просто из экономии времени.

-Запомни. Никакая экономия, в том числе и времени, не заменит хороших деловых отношений с сильными мира сего. Красильников так и заявил Тарановскому, что ты его постоянно ингорируешь. Вот он и тебя проигнорировал. Понял?

Дней через пять, проезжая по Хостинскому району, я заехал к Красильникову. Он принял меня сразу же, встал из-за стола, пошёл навстречу и крепко пожал мне руки.

-Рад! Очень рад! Наконец-то и я удосужился твоего визита. – шутливо сказал он. – И впредь, всегда заезжай ко мне в любое время суток. Так легче решать все наболевшие вопросы. Да и посоветоваться не мешало бы!

С тех пор у нас установились нормальные деловые отношения, как и с руководителями других районов.

Были проблемы с самовольным строительством и посложнее. Так в самом центре Хосты, у самого устья реки, впадающей в море, располагался комплекс зданий школы-интернат. Поскольку по генплану города эта территория относится к курортной зоне, этой школе там делать было нечего. Тем более, что уже была построена новая такая же школа, но уже в селитебной зоне. Поэтому комплекс старых зданий с разрешения Совета Министров РСФСР был передан одному из ростовских заводов с условием реконструкции этого комплекса под пансионат. Вместо этого, ростовчане решили кое-как подлатать эти здания и эксплуатировать в качестве пансионата. Они стали проводить обычный капитальный ремонт без всякого проекта, нарушая тем самым одно их условий передачи им этого комплекса. На все мои требования и предписания они просто не реагировали. Закрыть им финансирование было невозможно, так как оно производилось не через Стройбанк, да ещё тем более Ростовский. Руководство нашего города как-то вяло реагировало на моё возмущение. Чувствовалась во всём этом какая-то «крыша». Но чья?! Жаловаться в краевые органы на свои городские власти было бессмысленно. Это выйдет себе дороже! Тогда я написал письмо в Ростовский обком КПСС с просьбой принять меры к их нарушителю градостроительной  дисциплины, не выполняющего основное требование Совета Министров РСФСР. Дней через десять явились ко мне заказчики этого комплекса с просьбой перечислить все мои требования по реконструкции школы- интернат в пансионат. Я им все выдал, что было положено. И в дальнейшем они вели себя примерно как отличники в школе. Оказалось, что бюро Ростовского обкома КПСС на своём заседании рассмотрел на очень серьёзном уровне моё письмо и принял меры: снять с работы заместителя директора завода по строительству и в дальнейшем строго руководствоваться всеми предписаниями главного архитектора города Сочи. Кстати, так оно и происходило в дальнейшем!  

Хочу отметить и ещё одну весьма любопытную деталь: за то время, когда я был главным архитектором города-курорта Сочи, объекты, построенным в этот период, неоднократно отмечались различного рода премиями и наградами! А именно:

-Ленинская премия была присуждена архитектору-художнику Церетели за создание детской зоны отдыха в Адлерском курортном городке;

-Государственную премию СССР получили архитекторы Шварцбрейм и Эдемская за проектирование и строительство здания Сочинского Государственного цирка.

-Государственную премию РСФСР вручили главному архитектору города Внукову В. С., главному художнику города Кириченко В. Н., дендрологу-художнику Венчагову С. И. и рабочему – озеленителю Куценко П. А. за  создание садово-парковой среды центра города-курорта  Сочи.

-Государственная премия Узбекской ССР была вручена архитектору Ярошевскому И. В. и целому ряду узбекских народных мастеров и художников за проектирование и строительство санаторного комплекса «Узбекистан» в Сочи.

-Премия Совета Министров СССР была присуждена коллективу архитекторов и строителей (25 человек) за проектирование и строительство высотных спальных корпусов Адлерского курортного городка.

-Премию Совета Министров СССР  получил коллектив проектировщиков и строителей (25 человек) за проектирование и строительство нового ванного здания на Мацесте.

-Премия Совета Министров СССР была вручена коллективу проектировщиков и строителей (25 человек) за внедрение в застройку Сочи новой типовой серии 1 – 467.

Ни до этого периода, ни после него ни один объект, построенный в Сочи, не был отмечен подобного вида наградами!